Лет 10 назад мое окружение разделилось на два примерно равных лагеря: одни эмигрировали по-настоящему, кто в Америку, кто в Европу, другие свалили во внутреннюю эмиграцию. Во внутренней эмиграции не так уж и сладко — постоянно приходится делать вид, что всё в порядке. Так у нас появились собственные места и артефакты, принципы и правила, медиа и развлечения, которые помогают справляться с окружающей действительностью. Если не выезжать за пределы некоторых районов Садового кольца, начинает казаться, что жизнь наладилась и умных, образованных, порядочных людей стало значительно больше. Но их не стало больше, просто плотность повысилась — раньше эти 5–7% населения были размазаны по всему городу, а теперь оккупировали несколько крохотных пятачков в центре Москвы. Так и перемещаемся — перебежками с «Красного Октября» в Парк Горького, оттуда в ближайший Stаrbucks и по бульварам до «Жан-Жака». Вылазки в кинотеатр «Пионер», что на Кутузовском, в нашем мире приравниваются к поездке в «МЕГУ Белая Дача» — очень уж далеко от основных маршрутов. Совсем в отдалении — спасительные порталы в лучшую жизнь: Домодедово, Шереметьево, Внуково.

Интернет-пространство тоже подверглось жесточайшей цензуре. Настройки приватности — параноидальные, всякий запрос на добавление в друзья вызывает подозрение — а вот я тебя сейчас добавлю, а ты мне налайкаешь в ленту вестей из ада; в RSS-ридере — пять сайтов, вы их все знаете, да десяток проверенных юзеров от греха и проплаченных постов подальше.

И хорошо так сразу, солнышко светит, волонтеры добрые дела творят, «Гринпис» спешит на помощь российским лесам, блогеры разоблачают Партию жуликов и воров, открылась новая галерея, на крыше «Артплея» — каток зимой и ночной кино-театр летом. Хорошо-то как!

Бывает, правда, залетит все-таки весточка из ада, проберется коварно сквозь фильтры.

В 2001 году приятель уезжал в Германию на ПМЖ, а я, помню, возмущалась — как так, бежать? А кто, если не мы, будет строить лучший мир? Ну уехал, конечно, все равно. А теперь шлет оттуда, из своего социального благополучия, ссылки на выступления наших местных клоунов. И спрашивает ехидненько: ну что, пойдешь на выборы или к нам перебираться будешь?

И вдруг стало ясно: пойду на выборы!

И дело не даже не в том, чем всё закончится. Понятно, что никакой революции в этот раз не случится, важно другое. В этот раз, похоже, случилась революция в умах пусть небольшой в масштабах страны, но весьма деятельной группы людей. Не знаю, заметили вы или нет, но обитатели социальных сетей всё чаще от слов стали переходить к делу; поняли наконец, что государство — это мы: я, вот вы, моя бабушка, ваша тетя, каждый прохожий, всякий сосед; каждый в отдельности и все вместе. Поэтому важен каждый голос. Поэтому важно, чтобы каждый голос прозвучал.

И кто знает, возможно, через шесть лет и во внешнем мире, обитатели которого по-прежнему узнают новости из телевизора, а не из твиттера, случится такая же революция в умах. И тогда-то, наконец, жить на самом деле станет лучше. И уже не так важно будет, как там натасуют бюллетени.